Четверг, 21.03.2019, 20:28
Главная Регистрация RSS
Приветствую Вас, Гость
Меню сайта
Наш опрос
Какое воздействие оказывает на природу и изменение климата Бурейская ГЭС?
Всего ответов: 111
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Семья Правых

В семье Правых Константина Евстафьевича и Ольги Архиповны было 13 детей – 7 сыновей и 6 дочерей. В Верхнебуреинский район переселились в 1934 году.
До этого жили на Сахалине. Остров – что бешеный конь в океане: то его поставит на дыбы землетрясением, то опустит в купель волн цунами. Надоело вечное беспокойство за семью, и решил Константин Евстафьевич перебраться на материк – на север Хабаровского края, где «золото роют в горах».
… На маленьком пароходике «Батрачка» полмесяца тащились по горной Бурее до Чекунды, потом 90 километров на баркасе до перевалочной базы в Аюдаке и пешком сквозь дремучую тайгу 28 километров до прииска Пролетарский.
А когда добрались, от усталости повалились спать прямо на полу барака, в котором им предстояло жить.
Мебели никакой, табуретки, столы, топчаны сделали позже своими руками. Не оказалось в этом доме и электричества, воды, даже стёкол в окнах (их заменяли бычьи пузыри и тряпки).
Стекло ценилось дороже золота, которое было рядом, под ногами, а стекло нужно было завозить за многие сотни километров. Отапливался барак единственной чугунной печкой, что возвышалась в центре помещения…
Вскоре старательные и трудолюбивые Правые стали выделяться среди 250 работников прииска и им доверяли самые перспективные участки и они, оправдывая доверие, сдавали металла больше остальных. Зимой только били шурфы, без добычи. Но и здесь впереди были Правые. Алексею и Ивану даже поручили геологическую разведку золота Усть – Бурхане (район станции Воспорухан).
Семья Правых обустроилась на прииске, мужчины влились в коллектив, зажили спокойной жизнью, и вдруг – фашистские бомбы разорвали мирную тишину. Началась Великая Отечественная война.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Н.К. Правой                                К. К. Правой

Гавриил

Справили свадьбу Гавриилу в мае 41-го, а 26 июня он уже был в солдатском строю, и его эшелон, постукивая колесами на стыках, мчится на запад. Краткосрочные курсы пулеметчиков, и вот – первый номер тяжёлого «Максима» косит ненавистного врага. Бои один жарче другого, но в настоящее пекло попал он в Сталинграде, где день смешался с ночью, жизнь со смертью.
Из воспоминаний Правого Гавриила Константиновича
«… В тот памятный день сигнал тревоги прозвучал как всегда неожиданно. Недолги солдатские сборы, и вот уже эшелон, постукивая колесами на стыках, мчится на запад. Осталась на прииске Пролетарском молодая жена, отчий дом, любимое дальневосточное небо.
Высадились под Сталинградом. Бросок в район Калача. Жарко было в полном смысле этого слова. Температура достигала 50-градусной плюсовой отметки, а вокруг прожженные солнцем калмыцкие степи. Гимнастерки от соли становились «коробом». И когда, измученные переходом солдаты вышли к Дону, бросились в него не раздеваясь: «Пить, пить, пить!».
Поставлена боевая задача – форсировать реку. Стали готовиться. Вспомнилось все, чему учили там, на Дальнем Востоке, а учили по суворовскому принципу: «Тяжело в учении – легко в бою». Такие командиры, как младший лейтенант Шляхов, старший лейтенант Мороз и другие не жалели ни сил, ни времени, чтобы сделать из нас настоящих солдат.
Здесь же увидел первого немца. Им оказался выпрыгнувший из подбитого самолёта фашистский летчик: верзила в синем комбинезоне валялся в пыли, прося пощады. Жалким было зрелище. Он был "храбрым" там, в воздухе, сбрасывая на наши головы бомбы, а встретившись с русским солдатом с глазу на глаз, потерял и спесь, и смелость.
Горячими были бои за Калач-на-Дону. Немцы бросали все силы, чтобы удержать его, а наши –  чтобы освободить. И сошлись две силы, и бились они не на жизнь, а на смерть. Город горел, сыпались бомбы. Рвались снаряды, свистели пули – пекло! Но стойко держались бойцы.
Берег изрезан балочками, в одну  из них и заскочил Гавриил, изготовившись к бою. Чёрным вороном налетел крылатый хищник со свастикой, посыпался из его чрева смертоносный груз. Звенит в ушах от близких разрывов, сбита каска и вдруг сильный удар в левый бок! «Ранен», - пронеслось в мозгу. Протянул руку, ощупывая бок – крови нет. Когда самолет улетел, приподнялся, но от резкой боли потемнело в глазах, поплыли оранжевые круги,  - упал. Оказалось, ударил в бок огромный ком земли, поднятый взрывом.
На рассвете 9 августа 1942 года разгорелся бой за 74-й разъезд, что на подступах к Сталинграду. Проходит час, второй, третий – огонь усиливается с каждой минутой, а перевеса нет ни на чьей стороне. Отчаянно держатся наши солдаты, но и немцы здорово огрызаются: обоюдные атаки следуют одна за другой, накалились стволы пулеметов.
Устали бойцы: жара, пыль, едкий дым и черная смерть над головами. Косит безжалостно она, редеют ряды, но еще злее бьют живые».
Зацепила и Гавриила «косая», но выжил солдат, в декабре 1942 года, прямо из госпиталя его отправили домой.

Антон, Алексей, Петр, Николай.
У Антона и Алексея была бронь: кому-то надо было и металл драгоценный добывать для страны в столь страшное время. Когда в 1942 из-под Сталинграда вернулся Гавриил, братья пошли пешком по Бурее в райцентр – п. Чекунду. Откуда их направили в Башкирию в школу сапёров, обучаться на младший командирский состав – сержантов.
Часть стояла недалеко от Уфы. Рядом с солдатами лошади жили, а их надо было кормить. Вот Алексея и откомандировали на заготовку сена за 300 километров от Уфы.
Вернулся с продовольствием, а брата уже нет, три дня как отправили на фронт.
Еще не вступив в бой, попал под обстрел власовцев, которые отличались своей лютостью, ненавистью к советской власти, были хуже немцев. Получил ранение в руку, ногу, голову.   «Наверно, в рубашке родился», - как он сам говорит.
После лечения в полевом госпитале ему пришлось вернуться в свою часть, иначе считали бы его дезертиром. Хотя всем сердцем парень рвался на фронт, туда, где сражался брат.
За самовольную отлучку Правой получил 10 суток ареста, но командир приказ этот потом отменил: не с фронта ведь бежал, а на фронт.
Так и прослужил Алексей Константинович в этой части до мобилизации. А с братом встретился только в 1946 году.
А Антон Правой прошел фронтовыми дорогами до Германии в составе отдельного саперского 581 батальона, подчинявшемся Гатчинской Краснознаменной 282-й дивизии. Освобождал Эстонию и Польшу.
По дороге из Германии в Чехославакию слег с малярией. Пролежал месяц в госпитале, после выписки 11 октября его отправили домой. Доехал до Кульдура, а тут неприятная новость – железная дорога до Чегдомына разобрана. Добирался до конечной станции и пешком, и на попутных машинах…
В Усть-Ниман, куда во время войны переехала его семья, прибыл 25 ноября 1945 года.
Петр и Николай Правые охраняли приморскую границу, а когда началась война с Японией, были в первых рядах наступающих. 30 апреля 1946 года Петр участвовал в параде наших войск на харбинской площади.
Семнадцатилетнего Петра мобилизовали в 1943 году и направили в 99-й стрелковый полк на погранзаставу имени Котельникова, что у села Гродеково.
Когда началась война с Японией, воевал в составе 1-го Дальневосточного фронта 55-й стрелковой дивизии, перевозил полковые пушки на лошадях.
День Победы встретил в Харбине. Дважды был участником парада в этом городе.
До 1946 года нес службу в КНР, потом вернулся на Родину – служил в 20-й бригаде Забайкальского военного округа до 1950 года.
Сражался с передовыми частями Квантунской армии и Николай Правой, освобождал города - Муданьцзян, Гирин, Дунин.

 

 

 

 

Н.К. Правой (слева), 40 лет Победы, 1985 год

 

 

 

 

Другие члены семьи Правых
Фронтовыми дорогами прошли и мужья сестер Правых. Федор Шатненкомуж Раисы дошел до Чехословакии, получил тяжелое ранение головы, умер в 1947 году. Муж Шуры – Алексей Машин, гвардии старший лейтенант, погиб в бою 2 сентября 1943 года в Полтавской области.
Живыми вернулись с фронта – Михаил Деменьянович Бабик – супруг Нины и Александр Мараев, муж Валентины, который защищал дальневосточные рубежи нашей Родины от Японских милитаристов.
Вспоминает Валентина Константиновна Мараева: «Когда началась война и братьев забрали на фронт, жить стало тяжело. Я доучилась до 4 класса и бросила школу.
Работала с такими же девчонками и мальчишками в колхозе на полях. Кроме того, взрослые косили сено, а мы его собирали в копны.
С сестрой Ниной с февраля и до большого снега заготавливали дрова. Деревья выбирали толстые, большие – с одной стороны подпилим, потом шестом упираемся изо всех сил, чтобы дерево упало. А потом еще и сучья обрубить надо и до дома дотащить. Дров нагружали на нарты столько, что не каждый мужик утянет. Валенок не было, вот и застудила я ноги, что сейчас ходить не могу.
Старшие сестрыМария и Шура на лесоповале работали, заменили ушедших на фронт мужчин. Жена брата – Раиса мыла золото на прииске. Работа была тяжелая. Одни женщины деревья валят, другие их на чурки распиливают, третьи – колют. Дров очень много требовалось, чтобы отогреть промерзшую землю. Отогрели немного и за ломики – яму до четырех метров глубиной нужно выкопать. Потом и кровью доставался каждый золотник, каждый грамм драгоценного металла. За день бедняжки наработают до седьмого пота, а ночью рукавицы для фронта шьют.
Было очень голодно. За работу в колхозе и на заготовке дров давали по 200 граммов овсяного хлеба. Получишь этот кусочек, идешь и плачешь: не знаешь, с какого краю откусить и растянуть это удовольствие подольше.
Зимой спасала картошка, летом – трава: лебеда, щавель и еще какая-то травка – мы называли ее лягушачьей. Мама варила похлебку из этой травы с хлебом.
Хорошо помогал лес, собирали черемшу, грибы, ягоды. Ловили рыбу.
Никто не жаловался, что тяжело, понимали, что на фронте еще тяжелее и страшнее, а тут хоть не убивают, не рвутся снаряды. А мама каждый день заставляла нас молиться, чтобы все братья вернулись с фронта живыми.
Все шесть братьев вернулись домой израненные, но живые, награжденные орденами и медалями.
Не успели приступить к работе, как пришёл приказ – прииск ликвидировать.
У кого-то из Правых впереди был Йорик, у кого-то Усть-Ниман или Средний Ургал, но ни один из них не покинул Верхнебуреинский район, потому что прикипели к нему душой на долгие годы.
Трудовой стаж Ивана – 53 года, Алексея – 42, Гавриила и Марии -80 на двоих. Антона – 47, у Николая – 10 лет подземного стажа и 30 – поверхностного, десятки трудовых лет на счету у остальных Правых. Если посчитать – получится 419 лет!
Но ведь есть еще внуки и правнуки, а значит, семья Правых есть и продолжает историю страны!


Источники:
Дорогами испытаний и побед: Из воспоминаний верхнебуреинцев – участников Великой Отечественной войны – Чегдомын, 2005. – С. – 30-31
Чубукина, Е. Семья Правых приближала Победу на фронте и в тылу /Е. Чубукина // Рабочее слово. – 2015. – 21 мая. – С. 7 - 8